ПЛАВАНИЕ

г. Сосновый Бор

Контактный телефон клуба

+7-960-274-36-07


Если в Вашем архиве есть интересные видео
и фотоматериалы, которые могут украсить сайт клуба, присылайте на электронный адрес: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Статьи...

Почему ребенок непослушен?
Психологи выделили четыре основных подспудных причины серьезных нарушений поведения детей.
Борьба за внимание. Если ребенок не получает нужного количества внимания, которое ему так необходимо для нормального развития и благополучия, то он находит свой способ его получить: непослушание. Родители то и дело отрываются от своих дел, делают замечания... Нельзя сказать, что это уж очень приятно, но внимание все-таки получено. Лучше такое, чем никакого.

Борьба за самоутверждение против чрезмерной родительской опеки. Детям особенно трудно, когда родители общаются с ними, в основном, в форме замечаний, опасений, указаний. Ребенок начинает восставать. Он отвечает упрямством, действиями наперекор. Смысл такого поведения - отстоять право самому решать свои дела, показать, что он личность. Не важно, что его решение подчас не очень удачное, даже ошибочное. Зато оно свое, а это главное!

Желание отомстить. Дети часто обижаются на родителей. К примеру: родители более внимательны к младшему; мать разошлась с отцом; в доме появился отчим; родители постоянно ссорятся... Много единичных поводов: резкое замечание, несправедливое наказание. В глубине души ребенок переживает, а на поверхности - протесты, непослушание, неуспеваемость в школе. Смысл плохого поведения: "Вы сделали мне плохо, пусть и вам будет тоже плохо!"

Потеря веры в собственный успех. Накопив горький опыт неудач и критики в свой адрес, ребенок теряет уверенность в себе, у него складывается низкая самооценка. Он может прийти к выводу: "Нечего стараться, все равно ничего не получится." При этом внешним поведением он показывает, что ему "все равно", "и пусть плохой", "и буду плохой". Выявить истинную причину непослушания и плохого поведения довольно просто, хотя способ может показаться пародоксальным. Родителю нужно обратить внимание на собственные чувства. Если ребенок борется за внимание - появляется раздражение. Если подоплека стойкого непослушания - противостояние воле родителя, то у него возникает гнев. Если скрытая причина - месть, то ответное чувство у родителя - обида. При глубинном переживании ребенком своего неблагополучия родитель попадает во власть чувства безнадежности, а порой и отчаяния. Что же делать дальше? Общий ответ на вопрос - не реагировать привычным образом, т.к. образуется порочный круг. Чем больше взрослый недоволен, тем больше ребенок убеждается: его усилия достигли цели. И он возобновляет их с новой энергией. Взрослому нужно уяснить, что именно он чувствует и перейти к позиции помощи.

Если идет борьба за внимание, нужно оказывать ребенку положительное внимание. Придумать какие-нибудь совместные занятия, игры, прогулки.
Если источник конфликтов - борьба за самоутверждение, то следует, наоборот, уменьшить свою включенность в дела ребенка. Для него очень важно накапливать опыт собственных решений и даже неудач. Больше всего поможет избавиться от излишнего давления и диктата понимание, что упрямство и своеволие ребенка - лишь раздражающая вас форма мольбы: "Позвольте же мне жить своим умом."
Если вы испытываете обиду, то нужно спросить себя: что заставило ребенка причинить ее вам? Какая боль у него самого? Чем вы обидели или постоянно обижаете его? Поняв причину, ее надо исправить.
Самая трудная ситуация у отчаявшегося родителя и разуверившегося в своих силах ребенка. Нужно перестать требовать "полагающегося " поведения, "сбросить на ноль " свои ожидания и претензии. Наверняка ребенок что-то может, у него есть к чему-то способности. Найдите доступный для него уровень задач и начните движение вперед. Организуйте с ним совместную деятельность, сам выйти из тупика он не сможет. При этом ребенка нельзя критиковать! Ищите любой повод, чтобы его похвалить, отмечайте любой, даже самый маленький успех. Постарайтесь подстраховывать его, избавлять от крупных провалов. Необходимо поговорить с учителями и сделать их союзниками. Вы увидите: первые же успехи окрылят ребенка.
Итак, главные усилия надо направить на то, чтобы переключить свои отрицательные эмоции (раздражение, гнев, обиду, отчаяние) на конструктивные действия. Что важно знать в начале: при первых попытках улучшить взаимоотношения ребенок может усилить свое плохое поведение! Он не сразу поверит в искренность ваших намерений и будет проверять их.

 Критерии готовности к занятиям в  школе (в том числе и спортивной).

Когда говорят о "готовности к школе", то имеют ввиду не отдельные умения и знания, а их определенный набор, в котором присутствуют все основные компоненты. Мне нравится определение психолога Л. Венгера, который говорил, что этот набор похож на набор необходимых продуктов, без которых нельзя приготовить определенного блюда, хотя пропорции его составляющих могут быть разные, они могут дополнять друг друга, и недостаток одного может компенсироваться большим количеством другого, но совсем без них обойтись нельзя.
Традиционно выделяются три аспекта школьной зрелости: интеллектуальный, эмоциональный и социальный.

Интеллектуальная зрелость - это способность концентрировать внимание, способность уловить основные связи между явлениями (аналитическое мышление); это дифференцированное восприятие (например, умение выделить фигуру из фона), умение воспроизводить образец, а, также, достаточный уровень развития зрительно-моторной координации. Критерием интеллектуальной готовности является, также, развитая речь ребенка. Можно сказать, что интеллектуальная зрелость отражает функциональное созревание структур головного мозга.

Эмоциональная зрелость - умение регулировать свое поведение, возможность достаточно длительное время выполнять не очень привлекательное задание.

К социальной зрелости относится потребность ребенка в общении со сверстниками и умение общаться, а также способность исполнять роль ученика. Всё перечисленное является психологической готовностью к обучению в условиях школы.

Это - тот фундамент, на котором строятся знания и умения. Если нет фундамента, которым является сформированность перечисленных категорий, то надстройки в виде полученных знаний, умений и навыков  будут рассыпаться, как карточный домик.

Ребенок, который не готов к школьному обучению, не может сосредоточиться на уроке, он часто отвлекается, теряет нить объяснения, не в состоянии включиться в общий ритм работы класса. У ребенка, который плохо подготовлен к школе, нет интереса к познанию, он не стремится к творчеству, а склонен к шаблонным решениям, он не проявляет инициативы.

5-летний ребенок не будет готов к жестким условиям  общеобразовательной системы просто в силу явной неготовности мозга пятилетнего ребенка к подобным нагрузкам.

 
Что в возрасте 5-6 лет необходимо уметь малышу к школе?
Ребенок должен обладать, несомненно, навыками общественной жизни, чувствовать себя уверенно, находясь вне дома. Особенно это относится к "домашним" детям.
Нужно уметь самостоятельно одеваться и раздеваться, переобуваться, завязывать шнурки, справляться с пуговицами и молниями на одежде, уметь пользоваться общественным туалетом. Часто взрослые забывают о подобных "мелочах". Ребенок может быть развитым, обладать определенными знаниями и умениями, но это не значит, что он готов к школе.
Обязательно нужно заботиться о здоровье: обучение в школе требует значительных усилий и напряжения всего организма. Поэтому так важна физическая подготовленность.
Развивайте моторику, это поможет ребенку овладеть навыками письма: играйте в пальчиковые игры, рисуйте, лепите, работайте с ножницами, делайте аппликации и фигурки в технике оригами.
Читайте ребенку книги - это один из самых эффективных способов развития речи, мышления, воображения, внимания, памяти и проч. Но это должно быть не просто чтение, а активное обсуждение прочитанного, обмен мнениями.
Как выработать усидчивость и подготовить к занятиям по 35-40 минут?
Многое в этом плане зависит от характера ребенка, от его темперамента.
Известный психолог М. Безруких пишет, что "лишь к 9-10 годам произойдет резкое изменение, и тогда дети смогут работать длительно, сосредоточенно и без ошибок. А в 6-7 лет ребенок еще легко поддается реакции, возникающей на непосредственно действующие привлекательные раздражители и быстро отвлекается".
Можно тренировать внимание, сосредоточенность и усидчивость в повседневных делах. Помните, какое задание было дано Золушке?  - "вот тебе два мешка фасоли: отдели черную от белой и поскорее"- это ведь тоже задание на выработку внимания и усидчивости. Вот и дома можно заниматься примерно тем же: разложить столовые приборы по ячейкам, одновременно считая их; разложить поглаженное белье в стопки и не перепутать носовые платки с полотенцами; и т.д. Хорошо помогают воспитанию усидчивости настольные игры, игры в конструктор и лего, занятия лепкой, аппликацией и т.п., то есть те игры, которые продолжаются определенное время. Доводить начатое дело до конца, не бросая на полпути - это тоже воспитание не только волевых качеств, но и усидчивости.
Типы неправильного воспитания.
Возможность изменений характера вследствие социальных и психологических воздействий не вызывает сомнений. Акцентуации характера, будучи крайними и менее устойчивыми вариантами нормы, вероятно, представляют наиболее подходящую почву для формирования приобретенных психопатий. Но для  развития на почве акцентуации характера необходимо соблюдение трех условий неблагоприятного влияния среды:
1) оно должно быть особо значимым для данного типа акцентуации, адресоваться к его «месту наименьшего сопротивления»;
2) оно должно быть достаточно продолжительным или многократно повторяющимся;
3) оно должно падать на критический период формирования характера, т. е. для большинства психопатий на подростковый возраст;
В подростковом возрасте наиболее частым влиянием, отвечающим всем этим требованиям, является неправильное воспитание. Наиболее способствующие формированию приобретенных психопатий виды неправильного воспитания — «гипоопека» и безнадзорность, «гиперопека», «золушка», «кумир семьи». К ним следует добавить воспитание в условиях повышенной недетской ответственности, а также воспитание в атмосфере  жестоких взаимоотношений в окружении.
Что же должно служить критериями диагноза психопатического развития («краевой», приобретенной психопатии) в подростковом возрасте?
Важно отграничение психопатических развитии от семейной и педагогической запущенности.  Последней свойственны хорошая адаптация в среде сверстников, избирательное отношение к старшим, отчетливая психогенная обусловленность нарушений поведения и его улучшение в благоприятной обстановке.  Далее рассматриваются наиболее частые типы неправильного воспитания и связанные с ними типы психопатических развитий.
Гипопротекция.
Этот вид неправильного воспитания в крайней форме проявляется полной безнадзорностью, но чаще лишь недостатком опеки и контроля  за поведением. Лишь иногда гипопротекция простирается до такой степени, что подросток оказывается совершенно заброшенным — ненакормленным, неодетым, живущим в тяжелых условиях. Обычно же в наше время всеобщего материального достатка гипопротекция не сказывается на удовлетворении насущных нужд подростка, а проявляется только недостатком внимания, заботы и руководства, истинного интереса родителей к его делам, волнениям, увлечениям. В духовной жизни подросток оказывается предоставленным самому себе.
Скрытая гипопротекция наблюдается тогда, когда контроль за поведением и всей жизнью подростка как будто осуществляется, но на деле отличается крайним формализмом. Подросток чувствует, что старшим не до него, что они несут в отношении его лишь тягостные для них обязанности, что на деле они были бы рады от них освободиться. Скрытая  гипопротекция нередко сочетается с описываемым далее скрытым эмоциональным отвержением. Обычно подросток научается обходить формальный контроль старших и начинает тайно от них жить своей жизнью.
Гипопротекция особенно неблагоприятна при акцентуациях по неустойчивому и конформному типам. Именно такие подростки быстрее других оказываются в асоциальных компаниях и легко заимствуют праздный, полный поисков увеселений образ жизни.
Для подростков неустойчивого типа опасность отсутствия надзора, постоянного твердого руководства, даже принуждения к занятиям, учебе, труду не вызывает сомнений. Предоставленные себе, они с первых классов школы начинают прогуливать уроки, все дни проводить на улице, быстро оказываются в асоциальных компаниях, и весь дальнейший путь психопатического развития по неустойчивому типу с делинквентностью, алкоголизацией, побегами из дому и т. п. осуществляется довольно быстро. Задержать это развитие может лишь обстановка строгого трудового и дисциплинарного режима.
 Если оставленный без достаточного надзора родителями конформный подросток окажется в хорошем коллективе, который заполнит не только официальные часы учебы, но и весь его досуг интересными делами, то такой подросток легко усвоит положительный модус поведения, здоровые интересы, социально приемлемые личностные ценности. К несчастью, случай обычно толкает предоставленного самому себе конформного подростка в ту же компанию асоциальных уличных сверстников, которую подросток неустойчивого типа сам активно выискивает. Освоившись в этой среде, конформный подросток перенимает и ее образ жизни, и интересы, и манеру поведения. Бездумное времяпрепровождение, поиск развлечений, выпивки, наконец, щекочущие нервы похождения — все это постепенно, но прочно усваивается и толкает на путь психопатического развития по неустойчивому типу.
Доминирующая гиперпротекция.
Чрезмерная опека, мелочный контроль за каждым шагом, каждой минутой, каждой мыслью вырастает в целую систему постоянных запретов и неусыпного бдительного наблюдения за подростком, достигающего иногда постыдной для него слежки.. Непрерывные запрещения, невозможность принимать собственные решения путают подростка, создают у него впечатление, что ему «все нельзя», а его сверстникам «все можно». Гиперпротекция не дает возможности учиться с ранних лет на собственном опыте, разумно пользоваться свободой, не приучает к самостоятельности. Мало того, она подавляет чувство ответственности и долга, ибо если за подростка все решают и все ему указывают, то он приходит к убеждению, что сам он может ни за что не отвечать.
У гипертимных подростков еще в младшем или среднем подростковом возрасте, (12—13 или 14—15 лет), гиперпротекция приводит к резкому усилению реакции эмансипации. Родители реагируют на эмансипационные устремления опекаемого подростка адекватным, с их точки зрения, способом — еще жестче требуют послушания, строже наказывают, еще более усиливают контроль, стараются изолировать от сверстников. Все это имеет лишь обратный эффект — усиливает реакцию эмансипации. В результате создается порочный круг: подросток все более проявляет непослушание, родители все сильнее стремятся его подчинить своему руководству. В какой-то момент, почувствовав возмужание, такие подростки поднимают бунт против «притеснения», сразу напрочь рвут все родительские запреты и устремляются туда, где, с их точки зрения, «все можно», т. е. в асоциальную уличную компанию. Здесь сказывается и подростковая реакция группирования и другие слабые места гипертимов — любовь к новизне, к развлечениям, легкость, с которой переступается, порою просто просматривается, грань дозволенного, неразборчивость контактов, привлекательность риска. Алкоголизация и знакомство с другими дурманящими средствами значительно подталкивают психопатическое развитие по гипертимно - неустойчивом у типу.
На подростков с психастенической, сенситивной и астеноневротической акцентуацией доминирующая гиперпротекция оказывает совершенно иное действие — усиливает несамостоятельность, неуверенность в себе, нерешительность, неумение постоять за себя и за свое дело. Но здесь подобное воспитание в случаях акцентуаций характера в подростковом возрасте обычно не доводит до психопатического развития. Наибольшие трудности возникают для них, когда они становятся взрослыми, когда жизнь начинает требовать от них самостоятельности.
Потворствующая гиперпротекция.
В крайнем проявлении потворствующая гиперпротекция получила наименование воспитания по типу «кумира семьи». Здесь дело не столько в постоянном контроле, сколько в чрезмерном покровительстве, в стремлении освободить любимое чадо от малейших трудностей, от скучных и неприятных обязанностей. Это дополняется непрестанным восхищением мнимыми талантами и преувеличением действительных способностей. С детства ребенок растет в атмосфере восторгов, похвал и безудержного обожания. Это культивирует эгоцентрическое желание всегда быть в центре внимания окружающих, ловить полные интереса к своей особе взоры, слышать разговоры о себе, а все желаемое получать с легкостью, без особого труда.
«Кумир семьи» не означает также, что объект обожания должен быть окружен обязательно множеством глаз влюбленных в него домочадцев. Семья может состоять всего из двоих — например, обожающей до безумия своего ребенка одинокой матери, во всем ему потакающей, спешащей скорее во всем угодить, беспрестанно любующейся им, и подростка, с ранних лет привыкшего немедленно получать все, что ему захочется, не задумываясь над тем, что это матери стоит.
Потворствующая гиперпротекция рано или поздно создает для подростка кризисную ситуацию. С одной стороны, с детства утверждается желание всегда быть на виду, лидировать среди сверстников, откуда неизбежными становятся непомерно высокий уровень притязаний, жажда престижного положения. С другой стороны, потворствующая гиперпротекция мешает выработке навыков систематического труда, упорства в достижении цели, умения постоять за себя и за свои интересы, осуществить лидерские функции, подчинить себе, руководить другими.
Эмоциональное отвержение.
При этом виде воспитания ребенок и подросток постоянно ощущают, что им тяготятся, что он — обуза в жизни родителей, что без него им было бы лучше, свободнее и привольнее. Еще более ситуация усугубляется, когда есть рядом кто-то другой — брат или сестра, особенно сводные, отчим или мачеха, кто гораздо дороже и любимее (воспитание по типу «золушки»).
Скрытое эмоциональное отвержение имеет место тогда, когда мать или отец сами себе не признаются в том, что тяготятся сыном или дочерью, гонят от себя подобную мысль, даже возмущаются, если им указывают на это. Силами разума и воли родители подавляют в себе эмоциональное отвержение к детям как недостойное и обычно даже обнаруживают гиперкомпенсацию в виде подчеркнутой заботы, утрированного внимания. Однако ребенок, и особенно подросток, чувствует искусственную вымученность таких забот и внимания и ощущает недостаток искреннего эмоционального тепла.
Положение менее любимого и нежеланного члена семьи неодинаково сказывается на подростках с разным типом характера, первые из них борются за самостоятельность и свободу, вторые — за имущественные права. Истероиды в этих случаях в подростковом возрасте продолжают обнаруживать выраженную детскую реакцию оппозиции. И хотя формы ее выявления с возрастом меняются, но все поступки: и непонятные кражи, и показной интерес к алкоголю и другим дурманящим средствам, и суицидальные демонстрации, и самооговоры в распутстве — используются как сигналы родным, как требования внимания, любви и забот. Другие истероиды, отчаявшись в попытке привлечь любовь к себе, погружаются в мир фантазий или начинают искать внимание на стороне. Шизоиды на подобную ситуацию, как и на другие трудности в жизни, реагируют уходом в себя, возводя духовную стену между собой и нелюбящей их семьей. Неустойчивые не склонны тяжело переживать эмоциональное отвержение близких, они и без этого ищут отдушину в подростковых компаниях.
Разговор с психологом.
- Так все-таки: наказывать или не наказывать?
 - Не наказывать никогда, ни в какой форме, ни за какие прегрешения. Как бы велики они ни были.
  - А если не хочет садиться за уроки? Не заставлять?
  - Заставлять, но это не то же, что наказывать. Надо сформулировать для себя разницу между тем и другим. Принуждение, в отличие от наказания, направлено на изменение ситуации по существу, а не на то, чтобы ущемить интересы и чувства ребенка, нанести урон его самолюбию. Наказание же не связано с существом дела, это способ уколоть детское самолюбие, «наступить на хвост» сиюминутным интересам. Родитель говорит: «Если сейчас же не сядешь за уроки, оставлю без телевизора на неделю». Сегодняшние уроки никак не связаны с завтрашним телевизором. Родитель хочет сделать ребенку плохо, рассчитывая (иногда безотчетно), что в следующий раз, когда ребенок начнет лениться, он вспомнит, как было плохо без телевизора (без прогулки, без десерта), и это придаст ему учебного энтузиазма.
 - Интересно, как же принуждение, о котором вы говорите, может не ущемлять детского самолюбия?
 - Принуждение, может, и обижает детей, но это происходит не целенаправленно, в отличие от случаев наказания.
  - Как ребенок может это понять? Не слишком ли тонкое различие?
  - Родитель, который принуждает, но не имеет в виду наказывать, старается всячески успокоить ребенка, выразить свое сочувствие: «Миша, мне очень жаль, но сейчас точно надо выключить телевизор и сесть за уроки».
  - Но это же не более чем слова.
  - Вы правы. Поэтому, чтобы ребенок почувствовал разницу, это должно быть не просто словами, а правдой. То есть дети должны видеть, что родителям действительно их жаль.
  - Дети плохо умеют читать мысли. Как ребенок может увидеть сочувствие, когда родитель заставляет его делать что-то неприятное?
  - Во-первых, дети как раз хорошо умеют — ну, не мысли читать, но чувствовать настрой родителя. Если родитель действительно сопереживает ребенку, который должен оторваться от своего удовольствия, дети это, безусловно, замечают. Во-вторых, есть конкретные родительские слова и поступки, которые могут ребенку в этом помочь. Они обобщенно называются «присоединением». Обычно мать кричит из кухни: «Сколько тебе повторять? Я не могу двадцать раз греть еду!» Или: «Немедленно собирай кубики, я жду тебя в ванной». А присоединение — это когда родитель сначала подходит к компьютеру, за которым ребенок самозабвенно предается какой-то дурацкой игре, и в течение нескольких минут старается вникнуть: «Сколько очков получает эта фигурка за удачный выстрел? Какой запас жизни у нее остался? А можно ли здесь сделать „Save“ — сохранить игру?» И только после этого говорит: «Все, Миша, теперь действительно пора идти». Предупреждаю ваш вопрос — возможность присоединиться к занятию ребенка есть
 всегда, даже если это такое занятие, в котором родитель ничего не понимает. Если сын листает журнал, посвященный мотоциклам, мать может сказать (и лучше — с искренней завистью): «Жаль, что я ничего в этом не смыслю. Чем эта модель лучше той?» И если она позовет его обедать после такого трехминутного диалога, ситуация будет совсем другой.
  - Звучит красиво, но несколько нежизненно. Обычно мать кричит из кухни не оттого, что у нее плохой характер, а именно потому, что нет времени и сил выйти оттуда и включиться в воспитательный процесс.
  - Конечно, чаще всего так и бывает. Да, жизнь трудна, в ней мудрено воспитать хорошего ребенка, да еще одновременно жить какой-то своей жизнью. Но очень важно, хоть и поступая неправильно, не терять представления о правильности. И важно понимать, что именно произойдет от этой нашей вынужденной неправильности. В таких ситуациях ребенку кажется, что «кухонная» мать с ним не считается, и он начинает и со своей стороны не считаться с ней — не сознательно, не цинично, а безотчетно, просто усвоив предложенный ему характер отношений. Это проявляется сразу в том, что он не отзывается на отчаянные призывы матери. Несчастному родителю кажется, что поведение ребенка «просто хамство», что «я для тебя в лепешку расшибаюсь, в конце концов, это тебе надо, чтобы не было язвы желудка, а ты на меня плюешь…» На самом деле детская безучастность в таких случаях является «отраженным светом». Ребенок не имеет в виду нарочно делать маме или папе плохо, он бессознательно повторяет преподанный ему урок. Если родитель действительно понимает эту причинно-следственную связь, если, прежде чем крикнуть: «Марш одеваться!», он вспомнит, чем это откликнется, тогда найдутся и силы и время, чтобы сначала сосредоточиться на сиюминутном занятии ребенка. Тем более, что времени-то надо в каждом таком случае буквально несколько минут.
  - А если родителю не жаль, что пора выключать этот проклятый компьютер или, например, телевизор?
  - Речь идет о том, что следует дорожить не этой дурной телепередачей, а чувствами ребенка. Надо вспомнить себя самого ребенком — что я чувствовал, когда меня силой сгоняли со зрительского места?
  - И все же: если не наказывать, то как же реагировать на проступки? На двойки, на вранье?
  - Сочувствовать. Двойка для ребенка — во всех случаях удар. Если внешне этого не видно — значит, мы наблюдаем не истинную позицию ребенка, а его защитную позу. Если дома ребенок говорит о двойке равнодушно или цинично — это означает, что он по дороге домой  успел привычно надеть маску равнодушия. Он по опыту знает, что дома быть откровенным небезопасно. Он не может сказать: «Как я расстроен этой двойкой», потому что боится услышать в ответ: «А на что же ты рассчитывал! Разве тебя не предупреждали? Чудес на свете не бывает: нельзя весь вечер гонять в футбол, а назавтра написать контрольную на пятерку». Это все правда, но это слышать больно. Поэтому он привычно скрывает свои переживания. Причем привычка со временем становится такой сильной, что он уже сам не различает своих истинных переживаний и начинает искренне считать, что учеба — дело не важное.
  - Но если это правда — насчет футбола и контрольной, почему же не сказать? Разве может правда навредить?
  - Это не та правда, которая может помочь. Ребенок поступает легкомысленно не потому, что ему в прошлый раз всего этого не сказали, — наоборот, говорили, убедительно показали, что он плохой, вот он теперь и избегает всей этой материи. Он себя в ней не любит. Надо сказать о том, чем вообще движим ребенок в какой-то, как говорят, актуальной ситуации. То есть когда его вызывают к доске, когда его кто-то задирает на перемене, когда он кого-то обидел и встает перед необходимостью извиниться – вобщем, в момент реального взаимодействия с партнерами, (и с самим собой, когда надо заставить себя что-то сделать или, наоборот, отказаться от получения какого-то удовольствия). Так вот, в актуальной ситуации на поведении ребенка меньше всего сказывается то, что он вычитал в книжках и услышал в наставлениях. Когда ему крикнут: «Эй ты, лопух!» или случайно толкнут его в школьном коридоре, он ответит либо агрессивно, либо миролюбиво, но мамины утренние напутствия здесь ни при чем. Когда учитель задаст ему какой-нибудь вопрос, он сможет или не сможет собраться, но это зависит не от того, вспомнит он или не вспомнит папин совет: «Соберись!». В этот момент поведение ребенка, (как и взрослого), больше всего определяется его эмоциональным состоянием. Чем сильнее внутренний дискомфорт, чем хуже дети себя чувствуют психологически, тем более неадекватно они ведут себя. А психологический комфорт зависит от самопринятия ребенка. Дети, которые в глубине души действительно чувствуют себя не совсем правильными, нехорошими, вовсе не испытывают прилив сил для того, чтобы постараться и стать правильными и хорошими. Наоборот, они чувствуют непреодолимое желание в той или иной психологической защите. Им непосильно жить с сознанием «я — плохой», они стараются компенсировать себе это горькое переживание.
  - Простые житейские наблюдения плохо согласуются с этими рассуждениями. Можно видеть сколько угодно детей, которые ведут себя по-разному плохо, но при этом вовсе не охвачены каким-то «горьким переживанием».
  - Так не бывает. Просто эти переживания скрыты от нашего взгляда. В этом и состоит психологическая защита. Существует множество различных способов защиты, но все же стоит выделить наиболее типичные и распространенные формы. Первый тип психологической защиты можно назвать «скрытым алкоголизмом». Дети с таким типом реакции, чувствуя себя недостаточно хорошими, стараются компенсировать отрицательные переживания положительными. У них обостряется стремление доставить себе удовольствие любым способом, «здесь и сейчас»: дворовой «тусовкой», телевизором, бесконечными компьютерными играми, капризным настаиванием на бессмысленной покупке, злоупотреблением косметикой и т. п. Известно, что даже у взрослого, которому не хватает положительных эмоций, обостряется потребность в сладком. Человек в угнетенном состоянии начинает сыпать больше сахара в чай, налегать на сладости, больше есть шоколада и вообще больше есть. В этом нет никакой мистики, это нормальная реакция — даже не психологическая, а физиологическая. Дефицит положительных эмоций — то есть преобладание отрицательных — это своего рода стресс, при котором изменяется уровень сахара в крови, и у человека возникает потребность подпитать себя. Такая же реакция развивается у наших детей на поведенческом уровне. Конечно, это реакция бессознательная. Дети не в состоянии объяснить себе ни ее происхождение, ни ее цели. Они не могут проговорить себе это теми же словами, которыми мы с вами сейчас это обсуждаем. Они просто испытывают смутное неудовлетворение, тоску, непризнанность и стараются заглушить эти чувства. Чем больше говорить такому ребенку: «Посмотри, к чему приводит твое разгильдяйство!», тем более плохим он будет себя чувствовать и тем больше будет стараться «утешиться». Один из крайних способов доставить себе удовольствие — это по возможности избегать неудовольствия. Например, не делать над собой усилий. Отсюда происходит невыносимая для родителей расслабленность, с которой ребенок сидит, тупо глядя в стену, вместо того чтобы быстро собираться в школу, или необъяснимо долгое время проводит в уборной. Здесь же часто кроются причины плохой успеваемости, которые обывательски приписываются лени. Нет такого научного или клинического понятия, как лень. Это неряшливый бытовой термин. Лень — это защитная реакция, которая выражается в избегании отрицательных переживаний при дефиците положительных. Для того чтобы учить уроки, необходимо делать над собой неприятные усилия, причем с сильно отложенным вознаграждением. Посмотрите, как быстро ребенок расставляет шахматные фигуры. А ведь этот процесс сам по себе не является развлечением и не приносит никакого удовольствия. Он тоже требует от ребенка усилий над собой, но вознаграждение следует немедленно: расставил — можно играть. А когда и в какой форме вознаградятся усилия в учебе — для детей, естественно, полная абстракция. Это важно помнить в тот момент, когда мы объясняемся с ребенком про необходимость хорошо учиться. Преимущества образованного человека стали нам самим очевидны только с возрастом, с жизненным опытом. Что бы мы ни сказали 10–15-летнему ребенку о жизни, для него наши слова останутся пустым звуком. «Как ты не понимаешь, что без образования — никуда! На что ты рассчитываешь?!» Наши совершенно справедливые высказывания, увы, остаются неэффективными. Такие масштабные обобщения про жизнь человек способен по-настоящему усвоить только на собственном опыте. Поэтому они не помогут ребенку делать над собой какие-то усилия.
  - Никто не хочет делать над собой усилия, даже животные. Разве это не естественно? С чего бы этого вдруг хотеть ребенку?
  - «С того», что каждому ребенку хочется быть таким, как соседский успешный мальчик, таким, каким его хотят видеть мама и папа. Он не делает этих усилий не потому, что не хочет, а потому, что не может. Ребенок, который пропадает у телевизора, отличается от того, который со вздохом отрывается от телевизора и идет делать домашнее задание, не тем, (или не только тем), что он менее организован, и не тем, что ему меньше твердили о пользе учебы; он отличается пониженным самопринятием, то есть считает себя в чем-то ниже других. Еще одна форма психологической компенсации — самоутверждение. Дети с таким типом защиты испытывают потребность, (или, в отличие от предыдущего случая, «энергетическую» возможность), заслониться от негативных переживаний, демонстрируя полное благополучие. Такие дети защищаются от указаний на неправильности своего поведения, подчеркивая свои достижения, а также дезавуируя того, кто их критикует. Если дети с первым типом реакции, услышав, условно говоря: «Ты плохой», действительно в глубине души признают себя плохими и поэтому стремятся поскорее забыться, (а вовсе не исправиться), то дети со вторым типом реакции отвечают: «Сам такой!». То, что иногда считается непомерно завышенной самооценкой, преувеличенным представлением о собственных достижениях, на самом деле является скрытой неуверенностью, которая проявляется в уродливых защитных формах. Руки в карманы, грудь колесом, циничная ухмылка — это все попытки продемонстрировать окружающим, (и самому себе), свою самодостаточность. А человеку свойственно настаивать на своих достоинствах именно тогда, когда он в них не уверен — или не уверен, что его можно за них любить. Это важно понимать, иначе мы, пытаясь «сбить спесь» с нахального ребенка, действуем ровно в противоположном направлении — мы пытаемся понизить его самооценку, а он именно с этим и борется с помощью своего нахальства. Он говорит: подумаешь, двойка! Если отвечать ему: вот и вырастешь неучем, неудачником, в кого ты только пошел, — это будет правдой, и именно это еще больше спровоцирует его на показной нигилизм: много ли тебе самому дала твоя учеба! Или: ты вот учился-учился, а другие безо всякой специальности такие деньги зарабатывают. Он это скажет не потому, что действительно так думает, не потому, что так смотрит на вещи, — он это скажет в порядке защиты, обороняясь от опасности оказаться плохим. Это не его жизненная позиция, это именно защитная поза. Можно много еще рассказывать про психологические защиты детей.
  - И все же, если родитель действительно начнет сочувствовать ребенку по поводу двойки, это получится как-то ненатурально. Даже для самого ребенка это будет неестественно.
  - Эта неестественность означает только то, что отношения уже далеко зашли в привычной родительской назидательности. Когда вы узнаете, что у друга неприятность, какова будет ваша первая реакция?
  - Ну, сочувствие, наверное.
  - Именно. Даже если друг будет сам виноват. Если у него украли кошелек, будете ли вы говорить: «Растяпа, куда смотрел? Сколько было тебе повторять — застегивай молнию?» Вместо этого вы будете его утешать и не станете бояться, что он усмотрит в этом потакание его рассеянности.
  - А все-таки — чем плохо наказать? Ведь вокруг масса примеров — наверное, вам тоже известных, — когда наказание немедленно приводило к тому, что ребенок начинал действительно хорошо учиться или переставал обманывать.
  - На самом деле этих примеров не такая уж «масса». Но даже в тех случаях, о которых вы говорите, когда наказание приводит к нужному результату, этот результат всегда бывает не единственным. Другой, менее наглядный, но более фундаментальный, заключается в понижении детского самопринятия: «Я — такой ребенок, которого правильно наказывать. Я не заслуживаю того, чтобы вошли в мое положение, не заслуживаю уважительного отношения к себе». Это и приводит к неизбежному развитию тех самых защит. Для того чтобы избежать такого негативного эффекта, правильно будет исходить из следующего понимания: как бы ребенок ни провинился, что бы плохого он ни сделал — это не он плохой, это ему плохо. Надо сказать, что дети усматривают в словах взрослого указание на свою "неправильность " в гораздо большем количестве случаев, чем можно предположить. Даже в тех, когда родитель точно не вкладывает в свою реакцию ничего назидательного. Что говорят нормальные, доброжелательные родители маленькому ребенку, который ушиб коленку и плачет?
  - Ну, что — не плачь, пройдет, дай подую…
  - Верно. Казалось бы, что плохого в таком тексте? Но давайте подумаем: как это «не плачь»? Ведь больно! Получается, что чувства ребенка объявляются какими-то неуместными. «Правильный» человек (папа, мама) на его месте сейчас не плакал бы.
  - А что же говорить?
  - Необходимо то самое присоединение. Показать, что я, родитель, разделяю его переживания. «Как это больно, это такое болезненное место! Как нам не повезло!» Тут конкретные выражения не так важны, каждый родитель скажет это естественными для него словами.
  - Нетрудно посочувствовать малышу по поводу ушибленной коленки. Но возьмем такую ситуацию. Старшеклассник позвонил домой из школы, сказав, что выходит домой, а пришел в девять вечера, ни разу не позвонив. Тоже сочувствовать?
 - Вы не уточнили — он приходит и рассыпается в извинениях или хамски говорит: «А что такого? Я что, не имею права пойти к другу в гости?»
  - Возьмем второй случай.
  - Конечно, сочувствовать.
  - Чему же?
  - Но ведь если он не приносит извинений, значит, он боится, что их не примут.
  - И правильно боится. В конце концов, кто кому сделал плохо?
  - Он сделал плохо родителям. И для того чтобы этого не повторялось, надо, чтобы он не боялся в этом признаться и раскаяться.
  - Но велик риск, что, если такой подросток не столкнется с маминой реакцией, он так и останется безразличным к ней.
  - Это, простите, характерное заблуждение. Для того чтобы ребенок считался со страданием родителя, необходимо, чтобы это страдание было ему заметно. Когда же мы ругаем наших детей за страдания, которые они нам причинили, то они за упреками просто не видят наших переживаний. Поэтому лучше всего опоздавшему сыну было бы услышать: «Какое счастье, что ты пришел! Я чуть не умерла от страха, пока ждала тебя». Если сын привыкнет к такой маминой реакции, он с большой вероятностью начнет действительно считаться с ней и звонить из каждого телефонного автомата.
  - Вы описываете реакции каких-то сверхлюдей. Обычная «смертная» мать, скорее всего, не сможет в такой ситуации выжать из себя что-либо дружелюбное.
  - Точно не сможет. Сразу. А вот со временем сможет. Любые наши эмоции есть часть поведенческого акта. Если у эмоции нет внешнего, жестового или хотя бы вербального выхода, она со временем исчезает. Если родитель отдает себе отчет в том, что в данный момент не в состоянии проявить сочувствие, доброжелательность, — это не страшно. В таком случае достаточно «стиснуть зубы» и хотя бы не сказать ничего недоброжелательного. Да, это грозит неким конкретным уроном. Опоздание останется непрокомментированным, уроки останутся несделанными или там кровать — неубранной. Но это тоже будет не единственным результатом родительского усилия над собой. Другим, гораздо более важным, будет то, что после нескольких таких эпизодов, в которых родитель смог сдержать свой непосредственный протест, не дал ходу своей назидательности, он перестанет этот протест испытывать. Эмоция, длительное время не имевшая выхода, исчезнет. И вот тогда откроются возможности регулировать поведение ребенка на доброжелательной основе.
  - Скажите честно: вы в своей практике психолога наблюдали такое? Действительно ли это доступно нам — простым родителям?
  - Это гораздо менее трудно, чем кажется. Важно только не бояться собственной родительской неправильности. Да, мы, родители, сплошь и рядом поступаем не аналитически, не педагогически и т.д. Даже самые правильные из нас бывают непоследовательны, срываются и срывают на детях свои эмоциональные проблемы. Но раз мы договорились, что это не ребенок плохой, а ребенку плохо, то будет правильно эту же логику распространить на нас самих. Мы не виноваты в наших родительских слабостях, мы их себе не выбирали. Наше дело — стараться, а там будь, что будет. 
 
РАЗГОВОР С ПСИХОЛОГОМ.
Роль семьи в воспитании ребенка.
Традиционно главным институтом воспитания является семья. То, что ребенок в детские годы приобретает в семье, он сохраняет в течение всей последующей жизни. Важность семьи как института воспитания обусловлена тем, что в ней ребенок находится в течение значительной части своей жизни, и по длительности своего воздействия на личность ни один из институтов воспитания не может сравниться с семьей. В ней закладываются основы личности ребенка и к поступлению в школу он уже более чем наполовину сформировался как личность. 
Семья может выступать в качестве как положительного, так и отрицательного фактора воспитания. Положительное воздействие на личность ребенка состоит в том, что никто, кроме самых близких для него в семье людей – матери, отца, бабушки, дедушки, брата, сестры, не относится к ребенку лучше, не любит его так и не заботится столько о нем. И вместе с тем никакой другой социальный институт не может потенциально нанести столько вреда в воспитании детей, сколько может сделать семья.
Семья – это особого рода коллектив, играющий в воспитании основную, долговременную и важнейшую роль. У тревожных матерей часто вырастают тревожные дети; честолюбивые родители нередко так подавляют своих детей, что это приводит к появлению у них комплекса неполноценности; несдержанный отец, выходящий из себя по малейшему поводу, нередко, сам того не ведая, формирует подобный же тип поведения у своих детей и т.д.
В связи с особой воспитательной ролью семьи возникает вопрос о том, как сделать так, чтобы максимизировать положительные и свести к минимуму отрицательные влияния семьи на воспитание ребенка. Для этого необходимо точно определить внутрисемейные социально-психологические факторы, имеющие воспитательное значение.
Главное в воспитании маленького человека – достижение душевного единения, нравственной связи родителей с ребенком. Родителям ни в коем случае не стоит пускать процесс воспитания на самотек и, в более старшем возрасте, оставлять повзрослевшего ребенка наедине самим с собой.
Именно в семье ребенок получает первый жизненный опыт, делает первые наблюдения и учится как себя вести в различных ситуациях. Очень важно, чтобы то, чему мы учим ребенка, подкреплялось конкретными примерами, чтобы он видел, что у взрослых теория не расходится с практикой. (Если Ваш ребенок видит, что его мама и папа, которые каждый день твердят ему, что лгать нехорошо, сами того не замечая, отступают от этого правила, все воспитание может пойти насмарку).
Каждый из родителей видит в детях свое продолжение, реализацию определенных установок или идеалов. И очень трудно отступает от них.
Конфликтная ситуация между родителями – различные подходы к воспитанию детей.
Первая задача родителей – найти общее решение, убедить друг друга. Если придется идти на компромисс, то обязательно, чтобы основные требования сторон были удовлетворены. Когда один родитель принимает решение, он обязательно должен помнить о позиции второго.
Вторая задача - сделать так, чтобы ребенок не видел противоречий в позициях родителей, т.е. обсуждать эти вопросы лучше без него.
Дети быстро “схватывают” сказанное и довольно легко маневрируют между родителями, добиваясь сиюминутных выгод, (обычно в сторону лени, плохой учебы, непослушания и т.д.).
Родители, принимая решение, должны на первое место ставить не собственные взгляды, а то, что будет более полезным для ребенка.
В общении у взрослых и детей вырабатываются принципы общения:
1) Принятие ребенка, т.е. ребенок принимается таким, какой он есть.
2) Эмпатия (сопереживание) – взрослый смотрит глазами ребенка на проблемы, принимает его позицию.
3) Конгруэнтность. Предполагает адекватное отношение со стороны взрослого человека к происходящему.
Родители могут любить ребенка не за что-то, несмотря на то, что он некрасив, не умен, на него жалуются соседи. Ребенок принимается таким, какой он есть. (Безусловная любовь)
Возможно, родители любят его, когда ребенок соответствует их ожиданиям. когда хорошо учится и ведет себя. но если ребенок не удовлетворяет этим потребностям, то ребенок как бы отвергается, отношение меняется в худшую сторону. Это приносит значительные трудности, ребенок не уверен в родителях, он не чувствует той эмоциональной безопасности, которая должна быть с самого младенчества,(обусловленная любовь).
Ребенок может вообще не приниматься родителями. Он им безразличен и может даже отвергаться ими, (например, семья алкоголиков). Но может быть и в благополучной семье, (например, он не долгожданный, были тяжелые проблемы и т. д.). Необязательно родители это осознают, бывают чисто подсознательные моменты, (например, мама красива, а девочка некрасива и замкнута. Ребенок раздражает ее.
Типы семейных взаимоотношений
В каждой семье объективно складывается определенная, далеко не всегда осознанная ею система воспитания. Здесь имеется в виду и понимание целей воспитания, и формулировка его задач, и более или менее целенаправленное применение методов и приемов воспитания, учет того, что можно и чего нельзя допустить в отношении ребенка. Могут быть выделены четыре тактики воспитания в семье и отвечающие им четыре типа семейных взаимоотношений, являющиеся и предпосылкой и результатом их возникновения: диктат, опека, “невмешательство” и сотрудничество.
Диктат в семье проявляется в систематическом подавлении одними членами семейства, (преимущественно взрослыми), инициативы и чувства собственного достоинства у других его членов.
Родители, разумеется, могут и должны предъявлять требования к своему ребенку, исходя из целей воспитания, норм морали, конкретных ситуаций, в которых необходимо принимать педагогически и нравственно оправданные решения. Однако те из них, которые предпочитают всем видам воздействия приказ и насилие, сталкиваются с сопротивлением ребенка, который отвечает на нажим, принуждение, угрозы своими контрмерами: лицемерием, обманом, вспышками грубости, а иногда откровенной ненавистью. Но даже если сопротивление оказывается сломленным, вместе с ним оказываются сломленными и многие ценные качества личности: самостоятельность, чувство собственного достоинства, инициативность, вера в себя и в свои возможности. Безоглядная авторитарность родителей, игнорирование интересов и мнений ребенка, систематическое лишение его права голоса при решении вопросов, к нему относящихся, - все это гарантия серьезных неудач формирование его личности.
Опека в семье – это система отношений, при которых родители, обеспечивая своим трудом удовлетворение всех потребностей ребенка, ограждают его от каких-либо забот, усилий и трудностей, принимая их на себя. Вопрос об активном формировании личности отходит на второй план. В центре воспитательных воздействий оказывается другая проблема – удовлетворение потребностей ребенка и ограждение его от трудностей. Родители, по сути, блокируют процесс серьезной подготовки их детей к столкновению с реальностью за порогом родного дома. Именно эти дети оказываются более неприспособленными к жизни в коллективе. По данным психологических наблюдений именно эта категория  подростков дает наибольшее число срывов в переходном возрасте. Как раз эти дети, которым казалось бы не на что жаловаться, начинают восставать против чрезмерной родительской опеки. Если диктат предполагает насилие, приказ, жесткий авторитаризм, то опека – заботу, ограждение от трудностей. Однако результат во многом совпадает: у детей отсутствует самостоятельность, инициатива, они так или иначе отстранены от решения вопросов, лично их касающихся, а тем более общих проблем семьи.
Система межличностных отношений в семье, строящаяся на признании возможности и даже целесообразности независимого существования взрослых от детей, может порождаться тактикой “невмешательства”. При этом предполагается, что могут сосуществовать два мира: взрослые и дети, и ни тем, ни другим не следует переходить намеченную таким образом линию. Чаще всего в основе этого типа взаимоотношений лежит пассивность родителей как воспитателей.
Сотрудничество как тип взаимоотношений в семье предполагает опосредствованность межличностных отношений в семье общими целями и задачами совместной деятельности, ее организацией и высокими нравственными ценностями. Именно в этой ситуации преодолевается эгоистический индивидуализм ребенка. Семья, где ведущим типом взаимоотношений является сотрудничество, обретает особое качество, становится группой высокого уровня развития – коллективом.
Большое значение в становлении самооценки имеет стиль семейного воспитания, принятые в семье ценности.
Выделяют три основных стиля семейного воспитания:
- демократический
- авторитарный
- попустительский
При демократическом стиле прежде всего учитываются интересы ребенка. Стиль “согласия”.
При авторитарном стиле родителями навязывается свое мнение ребенку. Стиль “подавления”.
При попустительском стиле ребенок предоставляется сам себе.
Дошкольник видит себя глазами близких взрослых, его воспитывающих. Если оценки и ожидания в семье не соответствуют возрастным и индивидуальным особенностям ребенка, его представление о себе кажутся искаженными.
Психологи проследили развитие самосознания дошкольников в зависимости от особенностей семейного воспитания. Дети с точным представлением о себе воспитываются в семьях, где родители уделяют им достаточно много времени; положительно оценивают их физические и умственные данные, но не считают уровень их развития выше, чем у большинства сверстников; прогнозируют хорошую успеваемость в школе. Этих детей часто поощряют, но не подарками; наказывают, в основном, отказом от общения. Дети с заниженным представлением о себе растут в семьях, в которых с ними не занимаются, но требуют послушания; низко оценивают, часто упрекают, наказывают, иногда – при посторонних; не ожидают от них успехов в школе и значительных достижений в дальнейшей жизни.
От условий воспитания в семье зависит адекватное и неадекватное поведение ребенка.
Дети, у которых занижена самооценка, недовольны собой. Это происходит в семье, где родители постоянно порицают ребенка, или ставят перед ним завышенные задачи. Ребенок чувствует, что он не соответствует требованиям родителей. (Не говорите ребенку, что он некрасив, от этого возникают комплексы, от которых потом невозможно избавиться.)
Неадекватность также может проявляться  завышенной самооценкой. Это происходит в семье, где ребенка часто хвалят, и за мелочи и достижения дарят подарки, (ребенок привыкает к материальному вознаграждению). Ребенка наказывают очень редко, система требований очень мягкая.
Адекватное представление – здесь нужна гибкая система наказания и похвалы. Исключается восхищение и похвала при нем. Редко дарятся подарки за поступки. Не используются крайние жесткие наказания.
В семьях, где растут дети с высокой, но не  завышенной самооценкой, внимание к личности ребенка, (его интересам, вкусам, отношениям с друзьями), сочетаются с достаточной требовательностью. Здесь не прибегают к унизительным наказаниям и охотно хвалят, когда ребенок того заслуживает. Дети с пониженной самооценкой, (не обязательно очень низкой), пользуются дома большей свободой, но эта свобода, по сути, - бесконтрольность, следствие равнодушия родителям к детям и друг к другу.
Школьная успеваемость является важным критерием оценки ребенка как личности со стороны взрослых и сверстников. Отношение к себе как к ученику в значительной мере определяется семейными ценностями. У ребенка на первый план выходят те его качества, которые больше всего заботят его родителей – поддержание престижа, (дома задаются вопросы: “А кто еще получил пятерку?”), послушание, (“Тебя сегодня не ругали?”) и т. д. В самосознании маленького школьника смещаются акценты, когда родителей волнуют не учебные, а бытовые моменты в его школьной жизни, (“В классе из окон не дует?” , “Что вам давали на завтрак?”), или вообще мало что волнует – школьная жизнь не обсуждается или обсуждается формально. Достаточно равнодушный вопрос: “Что было сегодня в школе?” рано или поздно приведет к соответствующему ответу: “Ничего особенного”, “Все нормально”.
Родители задают и исходный уровень притязаний ребенка – то, на что он претендует в учебной деятельности и отношениях. Дети с высоким уровнем притязаний, завышенной самооценкой и престижной мотивацией рассчитывают только на успех. Их представления о будущем столь же оптимистичны.
Дети с низким уровнем притязаний и низкой самооценкой не претендуют на многое ни в будущем ни в настоящем. Они не ставят перед собой высоких целей и постоянно сомневаются в своих возможностях, быстро смиряются с тем уровнем успеваемости, который складывается в начале обучения.
Личностной особенностью в этом возрасте может стать тревожность. Высокая тревожность приобретает устойчивость при постоянном недовольстве учебой со стороны родителей. Допустим, ребенок заболел, отстал от одноклассников и ему трудно включиться в процесс обучения. Если переживаемые им временные трудности раздражают взрослых, возникает тревожность, страх сделать что-то плохо, неправильно. Тот же результат достигается в ситуации, когда ребенок учится достаточно успешно, но родители ожидают большего и предъявляют завышенные, нереальные требования.
Из-за нарастания тревожности и связанной с ней низкой самооценки снижаются учебные достижения, закрепляется неуспех. Неуверенность в себе приводит к ряду других особенностей – желанию бездумно следовать указаниям взрослого, действовать только по образцам и шаблонам, боязни проявить инициативу, формальному усвоению знаний и способов действий.
Взрослые, недовольные падающей продуктивностью учебной работы ребенка, все больше и больше сосредотачиваются на этих вопросах в общении с ним, что усиливает эмоциональный дискомфорт. Получается замкнутый круг: неблагоприятные личностные особенности ребенка отражаются на его учебной деятельности, низкая результативность деятельности вызывает соответствующую реакцию окружающих, а эта отрицательная реакция в свою очередь, усиливает сложившиеся у ребенка особенности. Разорвать этот круг можно, изменив установки и оценки родителей. Близкие взрослые, концентрируя внимание на малейших достижениях ребенка, не порицая его за отдельные недочеты, снижают уровень его тревожности и этим способствуют успешному выполнению учебных заданий.
Второй вариант –демонстративность – особенность личности, связанной с повышенной потребностью в успехе и внимании к себе окружающих. Источником демонстративности обычно становится недостаток внимания взрослых к детям, которые чувствуют себя в семье заброшенными, “недолюбленными”. Но бывает, что ребенку оказывается достаточное внимание, а оно его не удовлетворяет в силу гипертрофированной потребности в эмоциональных контактах. Завышенные требования к взрослым предъявляются не безнадзорными, а наоборот, наиболее избалованными детьми. Такой ребенок будет добиваться внимания, даже нарушая правила поведения. (“Лучше пусть ругают, чем не замечают”). Задача взрослых – обходиться без нотаций и назиданий, как можно менее эмоционально делать замечания, не обращать внимание на легкие проступки и наказывать за крупные, (скажем, отказом от запланированного похода в цирк). Это значительно труднее для взрослого, чем бережное отношение к тревожному ребенку.
Если для ребенка с высокой тревожностью основная проблема – постоянное неодобрение взрослых, то для демонстративного ребенка – недостаток похвалы.
Третий вариант – “уход от реальности”. Наблюдается в тех случаях, когда у детей демонстративность сочетается с тревожностью. Эти дети тоже имеют сильную потребность во внимании к себе, но реализовать ее не могут благодаря своей тревожности. Они мало заметны, опасаются вызвать неодобрение своим поведением, стремятся к выполнению требований взрослых. Неудовлетворенная потребность во внимании приводит к нарастанию еще большей пассивности, незаметности, что затрудняет и так недостаточные контакты. При поощрении взрослыми активности детей, проявлении внимания к результатам их учебной деятельности и поисках путей творческой самореализации достигается относительно легкая коррекция их развития.
Четыре способа поддержки конфликтных ситуаций:
1. Уход от проблемы. (чисто деловое общение).
2. Мир любой ценой, (для взрослого отношения с ребенком дороже всего). Закрывая глаза на отрицательные поступки, взрослый не помогает подростку, а наоборот – поощряет отрицательные формы поведения ребенка.
3. Победа любой ценой, (взрослый стремиться выиграть, пытаясь подавить ненужные формы поведения ребенка. Если он проигрывает в одном, то будет стремиться выиграть в другом. Эта ситуация бесконечна.)
4. Продуктивный, (компромиссный вариант). Этот вариант предполагает частичную победу и в одном и в другом лагере. К этому обязательно нужно идти вместе, т.е. это должно стать результатом совместного решения.
После развода родителей мальчики нередко становятся неуправляемыми, теряют самоконтроль, проявляя одновременно завышенную тревожность. Эти характерные черты поведения особенно заметны в течение первых месяцев жизни после развода, а к двум годам после него сглаживаются. Такая же закономерность, но с менее выраженными отрицательными симптомами наблюдается в поведении девочек после развода родителей.
Таким образом, для того, чтобы максимизировать положительные и свести к минимуму отрицательное влияние семьи на воспитание ребенка необходимо помнить о внутрисемейных психологических факторах, имеющие воспитательное значение:
о Принимать активное участие в жизни семьи;
о Всегда находить время, чтобы поговорить с ребенком;
о Интересоваться проблемами ребенка, вникать во все возникающие в его жизни сложности и помогать развивать свои умения и таланты;
о Не оказывать на ребенка никакого нажима, помогая ему тем самым самостоятельно принимать решения;
о Иметь представление о различных этапах в жизни ребенка;
о Уважать право ребенка на собственное мнение;
о Уметь сдерживать собственнические инстинкты и относиться к ребенку как к равноправному партнеру, который просто пока что обладает меньшим жизненным опытом;
о С уважением относиться к стремлению всех остальных членов семьи делать карьеру и самосовершенствоваться.
 
Бить или не бить - вот в чем вопрос.
НАСИЛИЕ порождает новое НАСИЛИЕ. 
Ясно одно: даже «легкий шлепок» не годится в качестве воспитательного средства. Битье вызывает у детей ту же реакцию, что и у нас, взрослых. Мы отрицательно относимся к тем, кто по отношению к нам применяет насилие. Насилие порождает ответное насилие - железный закон. Малыши - даже если по ним сперва ничего не заметно - тоже мечтают о мести. И находят способы отплатить родителям. Например, провоцируя их. Это делал старший сын той моей знакомой. Он каждый день забивал унитаз туалетной бумагой - и каждый раз получал за это по рукам. Наконец вышедшая из себя мать задала ему настоящую трепку. В тот же вечер он снова забил унитаз бумагой.
При этом родители вовсе не хотят бить ребенка. Во время опроса 67% матерей и отцов заявили, что для них побои не являются воспитательной мерой. Тем не менее, 44,6% подростков сообщили, что часто получали оплеухи, 30,8% помнят, что дело хотя бы раз доходило до побоев. Лишь 18% указали,что их никогда не били. Таким образом, многие родители дают волю рукам, хотя считают это неправильным. Часто они испытывают из-за этого чувство вины. Матери говорят, что они бьют детей потому, что не знают, как поступить. Или действуют под нажимом собственной матери, (или мужа), настаивающих: «За эти дерзости надо его (ее) крепко проучить». Проверим себя: когда мы особенно рискуем сорваться? Обычно тогда, когда чувствуем свое бессилие, срываем свое раздражение на ребенке, который довел нас до белого каления. То, что родители могут иногда выйти из себя, -нормально. То, что в состоянии аффекта возникает желание «крепко врезать» этому маленькому извергу, по-человечески можно понять. Но никак не принять. Мы чувствуем это по жгучему стыду и огорчению, которые охватывают нас из-за того, что мы не смогли сдержаться, даже если это был «всего лишь» шлепок. Самое меньшее, что потом можно сделать, это попросить прощения. Надо учиться как-то обуздывать свою ярость. Можно, например, мысленно считать до десяти, пока пик озлобления не пройдет. Одна из моих подруг яростно стирает, пока ей самой не станет смешно. Помогает также, если на какое-то время выйти из комнаты.
Часто все усугубляется тем, что нервы у нас и так уже на пределе. Потому что поссорились с мужем... Потому что измучили тяжелые проблемы и мы не знаем, что делать с нашими страхами и заботами. В таких случаях срывы случаются чаще.
НЕПОСЛУШНЫЕ хотят внимания.
Семья - очень чувствительная структура. Каждый влияет на других, чувствует настроение других. Если в доме что-то не ладится, то это замечает и ребенок. Он становится строптивым - и тем самым еще больше раздражает родителей: им кажется, что они вообще уже ни с чем и никогда не смогут справиться.
Разумеется, отказ от побоев не означает, что детям все должно сходить с рук. Надо установить определенные границы и следить, чтобы они соблюдались. В рискованных ситуациях надо действовать решительно: на улице взять непослушного ребенка за руку, как бы он ни сопротивлялся, двухгодовалого малыша, который дергает других за волосы, увести, даже если он будет реветь. Отличие от битья: я не унижаю ребенка оскорблением, а изменяю ситуацию - это продолжается до тех пор, пока он не поймет, что надо отказаться от нежелательного поведения.
Мать удирающих мальчишек могла бы объяснить им, что позволит ходить в сад лишь в том случае, если они не будут убегать на улицу. Если же они все-таки убегут, не выпустит больше их из дому. Это должно повторяться до тех пор, пока они не станут соблюдать уговор. Одновременно матери следует поразмыслить, что скрывается за этой провокацией. У детей, которые злят родителей, всегда есть какое-нибудь скрытое желание, например, они хотят, чтобы им уделялось больше внимания. Так, упомянутая мать подрабатывает в качестве няни. На своих времени почти не остается. Тем не менее она могла бы выкроить часок в день, посвящаемый играм и общению только со своими мальчиками. Это покажет им: не надо каждый раз что-нибудь вытворять, чтобы добиться внимания мамы.
 
Воспитываем трудолюбие.
И родителям, и педагогам хорошо известно, что одними словесными поручениями многого не добьешься. Послушает, послушает их ребенок, и сделает все по-своему, как привык. А у привычек огромная сила. Чтобы у ребенка складывались и закреплялись нужные привычки, он непременно должен практиковаться. С какого именно возраста лучше всего начинать трудовое воспитание малыша? Некоторые родители считают, что торопиться не надо: “он еще маленький, пусть побегает, порезвится — научиться всегда успеет”. Ну что ж, давайте посмотрим, действительно ли мы совершаем насилие, приучая малыша к труду? 
Дети дошкольного возраста обычно очень активны. Это живой, деятельный, неугомонный народ. И доступный возрасту труд никак не противоречит природе малыша. Напротив, отвечает его потребности постоянно находиться в действии. Да вспомните сами, как радовались вы, если мама разрешала вам помочь ей накрыть на стол. Какое же здесь насилие? Просто вашу энергию направили в нужное русло.
В несложной как будто работе малышам приходится преодолевать известные трудности, учиться быть настойчивыми, терпеливыми, выполнять начатое дело до конца. При всем при этом вы не можете ждать от ребенка постоянной ответственности за выполнение своих обязанностей даже в 15 лет. Ведь взрослые очень часто тоже бывают безответственными. Ребенку нужно постоянно обо всем напоминать, но в вежливой форме, делая это, постарайтесь проявить максимум терпения и выдержать такой тон, как если бы вы говорили со взрослым человеком. Раздраженное ворчание способно убить всякое желание что-либо делать.
Понятно, что малышей вначале надо приучать выполнять несложные поручения. К двум годам он пробует одеваться. Возможно, пройдет целый год, прежде чем он научится надевать несложную одежду. А еще через год он научится справляться со шнурками и пуговицами. Дети пяти-шести лет уже могут помочь вам с уборкой квартиры, поработать на огороде, приготовить обед, например, почистить вареные овощи. Не забывайте мотивировать то или иное действие.
Если вы абсолютно ни в чем не будете ему помогать, неудача может отбить у него охоту пробовать снова. Например, стяните носок наполовину, чтобы ему было легко снять его совсем.
Замечали ли вы когда-нибудь, что постоянно уговариваете, заставляете, ругаете копающегося ребенка: сначала его никак не поднимешь с постели утром, потом сложно заставить умыться, одеться, позавтракать. А ведь ребенок не родился копушей. Таким его постепенно сделали постоянные поторапливания: “Быстрей доедай суп”, “Сколько раз тебе повторять, чтобы ты шел спать”. Родители легко впадают в привычку все время подгонять детей, а это  со временем порождает упрямство. Наверное, не один раз вы жаловались знакомым, что вынуждены целый день ругать и “пилить” ребенка, иначе его невозможно заставить что-то сделать. Так получается заколдованный круг. Выход из положения прост: поменьше “доставайте” его, будьте терпеливее и постарайтесь больше ему доверять.
Конечно, необходимо при этом учитывать физические возможности ребенка и не перегружать его. А это случается очень часто. Ведь у шести-семилетнего ребенка уже есть сила, он многое может сделать. И мы поручаем ему постоянно и подолгу нянчить младших, разрешаем носить тяжести. Все, что чрезмерно, то не здраво. Пусть силы у него и есть, но мышцы его еще недостаточно выносливы, позвоночник не вполне сформировался, и физическая перегрузка может вызвать у него общее истощение, привести к искривлению позвоночника.
Многие требования ребенку выполнять еще очень трудно. Но важно, чтобы он хотел трудиться, чтобы он получал удовольствие от самой работы, удовлетворение от ее результатов. Исследования психологов и педагогов показывают, что в раннем возрасте все поступки совершаются под влиянием эмоций, сиюминутных желаний, и главный способ побудить ребенка действовать в желаемом направлении — это вызвать у него положительные чувства, сделать для него привлекательным то, что мы ему предлагаем.
Как же этого добиться? Объясняешь, растолковываешь, мотивируешь, а все равно не получается... Во-первых, в дошкольном возрасте для ребенка труд — подражание действиям взрослых. Превратите его в своеобразную игру с добавлением фантазии. Подскажите, например, малышу, как можно убрать игрушки: машины поставить в “гараж” из кубиков или конструктора, мишку уложить спать... И вы увидите, как он увлечется такой игрой - уборкой. Да ведь на полке или в отведенном для игрушек месте в детской комнате можно создать целый игрушечный город с “домами”, вам будет интересно подключиться к такой игре. Но слишком тоже не увлекайтесь, пусть инициатива все-таки останется за вашим чадом. Ребенок почувствует себя хозяином положения, а это удовлетворит его детское самолюбие.
Во всех случаях необходимо помнить и о том, что у ребенка надо воспитывать так называемую трудовую установку — он должен знать, что выполнение той или иной работы действительно кому-то нужно. Малыш должен видеть перед собой конкретную цель, сам он не всегда сможет это сделать.
Ребенок, например, вполне будет доволен тем, что ему дали тазик с теплой водой и мыло для маленькой постирушки кукольной одежды. А нам тут нужно добиться главного: чтобы он стремился выстирать белье хорошо и убедился, что оно стало чистым. Если не получилось, утешьте, отнеситесь к его труду с уважением и вниманием, (он же все-таки старался!): завтра ты еще больше постараешься, и у тебя получится лучше.
Ребенок только тогда получит удовлетворение от работы, когда его труд потребует от него определенных усилий. Нет ничего хуже “игрушечного” труда, который ему ничего не стоит. Разве вы будете выполнять какую-то бесполезную работу? Даже двухлетки признают только целесообразный труд. Попробуйте предложить ребенку вымыть совершенно чистую чашку, если рядом с ней стоит грязная. Он потребует, чтобы ему дали именно грязную чашку или вообще откажется от работы.
Самая распространенная наша ошибка, дорогие родители,  это приучение к труду “от случая к случаю”. Но для детей 5-7 лет просто необходимо выполнение определенных, постоянных обязанностей. Например, подмести пол, помыть посуду, застелить свою постель, полить цветы. Обязанности, за выполнение которых ребенок отвечает, помогают воспитанию у него ответственности, добросовестности, щепетильности, дисциплинируют, приучают хорошо выполнять не только приятную, но и необходимую работу. А это немаловажно при нашей сегодняшней жизни.
Некоторые из нас оправдываются тем, что для трудового воспитания ребенка просто не хватает времени. Нам некогда ждать, пока он сам оденется или накроет на стол... Мы можем это сделать быстрее, да и результаты будут лучше. Все это верно, но ведь так мы упускаем золотое время, когда ребенок сам стремится что-то сделать, подражая взрослым,  великие дела начинаются с малого, говорили классики. Малышу, которому едва исполнилось два года, интересно самому натянуть колготки, маечку, и он, пыхтя, пытается это сделать, проявляя завидное упрямство и усердие. Вы спешите отвести его в детский сад, потому что опаздываете? Так разбудите его минут на 20 раньше, соответственно вечером уложив раньше в постель.
Если идти по иному пути, то смотришь, уже к трем-четырем годам у ребенка угаснет стремление к самообслуживанию. Он будет охотно протягивать руки и ноги взрослому, который одевает его, и возмутится, если вы попросите его сделать это самому: почему это вдруг ни с того ни с сего вы стали от него что-то требовать? Возможно, вам придется пережить не одну его истерику. А в семь-девять лет он просто начнет отлынивать от выполнения поручений, станет маленьким симулянтом.
Обратите внимание еще на одну деталь. У ребенка невротического склада, помимо “нормальной” лени, весьма часто наблюдаются проявления так называемой псевдолени как своеобразной защитной реакции. Когда малыш регулярно отказывается что-либо делать, это вполне может быть обусловлено тайным, тщательно замаскированным страхом неудачи.
Дети-невротики, в основном, не уверены в себе, из-за чего болезненно реагируют даже на самое ничтожное поражение, воспринимающееся, как великий позор, особенно если у них очень занижена самооценка. Такие дети обычно очень застенчивы. Им постоянно мнится, что они все делают плохо. А уж если однажды ему было сделано замечание или кто-то засмеялся, он предпочтет, чтобы его считали лентяем, лишь бы не травмировать свое слишком легко уязвимое самолюбие. Поэтому такой ребенок с огромным удовольствием может выполнять все свои домашние обязанности, а учиться будет очень плохо, если учительница хотя бы пару раз выразит на уроке свое неудовольствие его знаниями. На все готов дома этот псевдолентяй, лишь бы уроки не делать!
Стоит с особым вниманием относиться и к специфической медлительности этих детей, которая на первый взгляд может показаться леностью. Такой замедленный темп, низкая активность или полное бездействие бывают обусловлены и обостренным чувством опасности “на ровном месте”, (боязнь собак, домашних животных — он лучше будет стоять на месте как вкопанный, чем решится пойти туда, где находится предмет его страха). Иному ребенку, (особенно мальчику), легче прослыть лентяем, чем признаться в трусости.
А еще важно знать, что дети-невротики обладают повышенной нервной истощаемостью. Поэтому в тот день, когда он испытал даже мало-мальски незначительную перегрузку, (смотрел долго перед сном телевизор или гулял на улице), вполне естественно, ребенок может отказаться убрать в комнате или даже почистить зубы и умыться на ночь. Не требуйте от него армейской дисциплины, будьте снисходительнее. Ведь семья — не армия, а ребенок — не солдат.
 
Воспитание аккуратности.
Аккуратность — черта личности, выражающаяся в любви к порядку, в исполнительности, точности и тщательности в делах, а также во внешней опрятности. Аккуратность во всяком деле связана с культурой труда, сноровкой и дисциплинированностью. Итак, вы хотите научить ребенка аккуратности, но при этом не хотите сделать из него озабоченного чистюлю? Мы готовы вам помочь. 
Когда начинать?
Уже в раннем возрасте необходимо прививать детям гигиенические навыки, навыки бережного обращения с предметами личного пользования, поддержания порядка в доме, классе, школьной мастерской и т.д. Родители должны прививать детям элементарные гигиенические навыки, объяснять, и показывать, что и как надо делать. Проявляя при этом требовательность, взрослые в то же время, должны стараться заинтересовать детей соответственно каждому возрастному этапу.
От рождения до 1,5 лет
Бесполезно и даже вредно всерьез приучать к порядку ребенка до полутора лет. Он еще слишком мал, чтобы вообще понять разницу между порядком и беспорядком. Кроме того, у него еще нет необходимой координации движений, чтобы что-то делать аккуратно. Когда он пытается есть сам, скорее всего вам придется убирать не только со стола и с пола, но вероятно, поменять ему всю одежду и даже иной раз вычесывать из волос макароны. Делать ошибки и устраивать беспорядок – необходимая и неизбежная часть обучении ребенка любым новым навыкам.
Чтобы уменьшить размеры бедствия, подстелите ему клеенку там, где малыш ест. Избегайте кормить ребенка в таких местах, где эта процедура может нанести серьезный материальный ущерб, (например, на персидском ковре). Ведь для годовалого ребенка нормально и даже важно “устраивать” беспорядок – так он познает мир и взаимоотношения с ним. Поэтому разрешайте ему играть не только с игрушками, но и с едой, (удовлетворив свой интерес, он потом перестанет с ней экспериментировать).
От полутора до трех лет – приучаем к аккуратности.
Двухлетний Коля, сидя в ванной, плещется и хлопает по воде ладошками. Брызги, естественно, летят по всей ванной комнате, “Перестань, Коля, – говорит мама, – смотри, ты залил весь пол!” Коля знает, что родители разрешают ему играть в ванной как угодно, но при этом вода не должна разбрызгиваться на пол. Обычно это условие выполняется, но сегодня он захотел подразнить маму, принимается плескаться, еще усерднее разбрызгивая воду...
Обычно в два-три года дети начинают испытывать своих родителей, выясняя, как далеко они могут зайти в нарушении запретов. Пытаясь провести и жизнь принцип: “Никто не заставит меня сделать то, чего я сам не захочу”, они часто бросают родителям вызов в доступной и безопасной форме, сознательно устраивая беспорядок. Другой распространенный вариант вызова родителям связан с актуальным в этом возрасте предметом – горшком. В то время, когда ребенок начинает контролировать свои естественные отправления, он осознает, что хозяин тут он и, следовательно, он волен поступать по своему выбору – может сделать то, что маме нравится, а может и то, что не нравится,
Когда малыш намеренно устраивает беспорядок, нет смысла вступать с ним в пререкания. Ошибкой было бы выкрикивать: “Прекрати сейчас же! Я тебе покажу, как безобразничать!”, это только подзадорит его. Он примет ваш вызов и покажет свой характер не только в ванне и не только в этот вечер. Гораздо лучше дать ему понять, что вам не нравится, когда он так поступает, что вас это огорчает. Гуляя с ребенком на улице, разрешите себе вспомнить, что дети этого возраста любят повозился в грязи, и лучше иногда им позволять это делать, если они заняты познанием мира, а не воспитанием своих родителей. Дайте ребенку все необходимое для “конструктивного” беспорядка: воду, песок, формованные пасочки, совок, мелки, краски и т.д.
От трех до шести - поощряем творчество, но при этом учимся устранять творческий беспорядок.
Маришка возится с цветной бумагой, картоном, ножницами и клеем, Результатом ее стараний становился коллаж и хаос.
– Смотри, папа, – это подводное царство, – показывает Маришка.
– Грандиозно! – восхищается папа.
– Что это у вас творится? – морщится тетя Валя, которая видит только грандиозный беспорядок.
В этом возрасте дети осваивают не только механические навыки, такие как одевание и умывание. Они постепенно приобщаются к высшим проявлениям человека, например, творчеству как способности видеть и создавать нечто новое.
Однако в ежедневной жизни творческое начало ребенка это нескончаемый беспорядок. Вы не хотите, конечно, подрезать крылья своему малышу? Но вы также не хотите опять и опять наводить порядок. К счастью, есть возможность совместить и то, и другое. Когда ребенок поглощен своей затеей, нет смысла без конца напоминать ему о необходимости убирать за собой, это будет мешать ему получать удовольствие от самого процесса игры и творчества. Но вы можете поставить ребенку заранее определенные условия, оговорить некоторые общие правила, которые он уже в состоянии соблюдать. Если ребенок игнорирует ваши указания, будьте терпеливы и настойчивы, пока он не усвоит, что уборка – это необходимый и завершающий этап любой интересной затеи. Помогите ему, если хаос принял пугающие размеры, но не делайте за него его работу.
От шести до десяти лет - учим наводить порядок дома и в школе.
Мама жалуется: “Заставить Олега убирать спою одежду, складывать в ящик игрушки или вымыть лицо как следует просто невозможно. Ему приходится напоминать по три-четыре раза, чтобы он просто вымыл руки перед едой. Слова “чистота” и “порядок” для него не имеют смысла!” Ее удивлению не было конца, когда на собрании в школе они услышали, что в школе он совсем другой: без напоминания учителя всегда ставит книгу, взятую с полки, обратно на то же место, никогда не забывает сменной обуви, не оставляет огрызков и фантиков в ящиках стола, как некоторые.
Почему он такой разный в школе и дома?
К шести годам дети хорошо понимают разницу между поведением на людях и у себя дома. Дом для них зачастую становится тем местом, где можно расслабиться и отдохнуть от требований жизни, где не обязательно быть аккуратным или воспитанным. В то же время вне дома, (в школе, в гостях у друзей, на занятиях в секциях или в кружках), они часто демонстрируют себя с лучшей стороны. Однако независимо от того, склонен ваш ребенок к порядку или нет, требования к нему должны быть четко сформулированы и проконтролированы. При этом очень важно, чтобы единство требований соблюдалось всеми членами семьи, кто так или иначе имеет отношение к воспитанию ребенка. Противоречивые требования ведут к формированию двуличности характера ребенка и неврозу.
Почему опасно растить чистюлю?
Обучая ребенка аккуратности помните о золотой середине! Чем плоха чрезмерная зацикленность на чистоте и порядке? Тем, что можно полностью подавить естественное стремление ребенка к творчеству, “задушив” в зародыше души прекрасные порывы...
Если вы устанавливаете слишком высокие стандарты; постель, заправленная без единой морщинки, ни одной помарки в тетради, ни соринки на полу, ребенок может вырасти педантичным одержимым аккуратистом. Такие люди тяжелы для окружающих, т.к. даже легкий беспорядок их раздражает. Кроме того, зачастую они боятся лишний раз что-то предпринять, чтобы не нарушить священный порядок.
Итак, подведем итоги.
Воспитание аккуратности — важное условие подготовки детей к самостоятельной жизни. Аккуратный человек успешнее справится со своими обязанностями, из его рук выйдут добротно сделанные вещи, с ним хорошо и приятно окружающим.
Аккуратность воспитывает вся обстановка в семье. Если взрослые постоянно поддерживают чистоту и порядок, к этому начинают стремиться и дети. К четырем-пяти годам дети в состоянии самостоятельно выполнять многие гигиенические процедуры: чистить зубы, мыть руки перед сдой, умываться. Они привыкают убирать свой уголок, свою постель, класть все на свое место: одежду, обувь, игрушки. Задача взрослых — настойчиво приучать детей к порядку, прививать им нетерпимость к грязи, неряшливости, неаккуратности. Все правила поддержания порядка необходимо напоминать детям до тех пор, пока у них не выработаются устойчивые привычки.
Но и не требуйте от детей безукоризненной чистоты. По большому счету, способность переносить некоторый беспорядок будет безусловно более полезным качеством для душевного здоровья вашего ребенка, чем болезненное стремление к идеалу.
 
Воспитание ответственности.
Все мы хотим, чтобы наши дети стали счастливыми взрослыми. Добившимися успеха, признанными, любимыми. Для этого надо сообща пройти долгий, нелегкий путь. 
«Это ты виновата, что моей морской свинке нечего есть", -ругается девятилетняя Даша. Ясно, ее любимице пришлось поголодать, потому что я забыла купить корм. Я?! Смутно припомнаю, что вроде бы мы договаривались, что о корме всегда будет заботиться она. Это было, когда Даша с сестрой Машей, (7 лет), умоляли нас купить этих симпатичных зверьков и были согласны на любые условия. Теперь же за благоденствие наших питомцев давно уже отвечаю я, потому что взяла на себя покупку корма и в тем самым освободила дочь от ответственности. Хотя она вполне способна ее нести: сама регулярно чистит клетку, (обязательно при этом ворчит), так как на это меня уговорить не удалось.»
Таким образом, приучение детей к ответственности происходит, как и все в воспитании,  в форме обмена между нами и ими. Они берут на себя ровно столько, сколько мы готовы отдать. Если мы хотим, чтобы они чувствовали свою ответственность за что-то, тогда не надо вмешиваться. Надо предоставлять им определенную свободу действий. Это должно начинаться с самого раннего возраста. Хотя младенец  еще полностью зависит от нас, нуждается в нашей любви и нежности, в питании, в инициативе с нашей стороны, нам надо уважать его самобытность, шаг за шагом передавать ему «руководство» самим собой, чувствовать, когда ему хочется развлечься, поиграть, когда требуется покой. Если мы правильно реагируем на его сигналы, он учится осознавать самого себя, понимать свои потребности, в нем укрепляется уверенность, что его понимают и признают.
Подрастая, ребенок начинает проявлять свою волю, исследовать окружающий мир. Теперь от нас, родителей, требуется еще что-то, имеющее решающее значение: мы должны устанавливать пределы самостоятельности ребенка. Ради его же защиты. И для того, чтобы он мог понимать правила жизни в обществе. Этот процесс начинается на очень ранней стадии и продолжается вплоть до взрослого возраста. Беспрерывно давать и брать - для родителей это нелегкая задача. Мы ведь часто не знаем, сколько свободы надо предоставлять нашим детям, в какой мере следует прибегать к родительскому авторитету. Ведь без авторитета, (в разумной дозировке), никакое воспитание невозможно.
«Как и у многих других молодых матерей, у меня тоже есть свои представления о воспитании. Я стремилась быть прежде всего либеральной, не навязывать детям свою волю, позволяла им делать то, чего им хотелось. Я проявляла громадное терпение, чтобы как можно меньше ограничивать их. И при этом каждый раз открывала что-то и для самой себя. Так, Дарья, моя старшая, уже в двенадцатилетнем возрасте решила, что будет сама выбирать  себе гардероб. Я позволила ей  платья, приобретенные по ее выбору, - и выиграла от этого. Никакого нытья, если красивая новая юбка постоянно соскакивает, потому что она ей все-таки велика, ведь это она сама, а не я, приняла решение и чувствует свою ответственность за него. Можете себе представить, что было бы, если бы я уговорила или заставила дочку надеть такую вещь. Она бы все время жаловалась, что соскальзывающая юбка мешает ей в играх, а я чувствовала бы себя виноватой.
А так она по своей вине оказалась вподобном положении и узнала на собственном опыте: самостоятельная ответственность подразумевает, в частности, и то, что приходится расплачиваться за последствия своих действий. Можно провести интересную параллель. Представьте себе, как на судебном процессе обвиняемые пытаются снять с себя вину. Они стараются доказать, что совершили неправовые действия не по собственной воле, а под давлением обстоятельств или по принуждению со стороны других людей, (что к тому же нередко смягчает наказание).
Как известно, маленькие дети не могут оценивать возможные последствия своих действий. Им недостает опыта. Даша долго не могла понять, что невозможно за полдня после обеда и покататься с подружкой на велосипеде, и поесть у бабушки пирогов с земляникой, и сходить в плавательный бассейн. Стоило больших трудов разъяснить ей еще один аспект ответственности: принятие решения в пользу чего-то одного нередко означает одновременно отказ от другого. Ей было ужасно трудно примириться с этим, как и всем другим детям, (да и многим взрослым).
Нам, родителям, приходится преодолевать разного рода преграды. Одна из особенно трудных: мы робеем каждый раз, когда надо дать ребенку почувствовать последствия его действий. Мы стараемся избавить наших сыновей и дочерей от некоторых спасительных жизненных уроков, потому что они кажутся нам слишком тяжелыми.
«Если Дарья забыла велосипед у подруги, я тут же готова привезти его на машине, вместо того, чтобы заставить ее поскучать вторую половину дня без любимого средства передвижения. А если бы я заставила ее расхлебывать последствия забывчивости, то в следующий раз она бы уж точно ничего не забыла. Что касается меня, то я тем самым показала бы, что доверяю ей, считаю ее самостоятельной, верю в ее осмотрительность.»
Мы можем лишь подготовить детей к тому, чтобы они руководствовались в своих поступках сознанием собственной ответственности. И надеяться, что наши усилия принесут свои плоды. Нам надо неустанно поддерживать диалог с нашими детьми. Разумеется, все это вам известно по собственным детям. 
Мораль как еще один элемент ответственности за свои действия есть чрезвычайно многогранное понятие. Для нас, взрослых, совершенно естественно ориентироваться на определенные ценности. Мы усвоили нашу личную систему ценностей - результат общественного воспитания и опыта. И забываем иногда, что детям только предстоит учиться понимать, что такое хорошо и что такое плохо. Из множества аспектов ответственности особое значение имеют обязанности. Мы можем приучать к ним детей уже с малых лет - давать им какие-нибудь обязательные задания, требовать выполнение своей доли работы по дому: убирать за собой игрушки, относить грязное белье в ванную, помогать накрывать на стол и т.п.
Звучит просто, но добиться этого на редкость трудно. Мы часто бываем слишком легкомысленны в этих вопросах. И результат налицо - уборка остается бесконечной проблемой. Мы упускаем возможность превратить детские игры  своих детей  в серьезное задание для них.

Проблемы дисциплины.
Приучить детей к дисциплине всегда считалось одной из основных задач педагогики. Речь идет о постановке границ дозволенного, то есть о четком определении для ребенка – что можно и чего нельзя. Маленькие дети не умеют мыслить рационально и разумные доводы мало эффективны в управлении их поведением. Только четкие рамки допустимого поведения и логические последствия непослушания могут помочь им вести себя должным образом. Современные психологические исследования показали, что в семьях, где присутствует разумная требовательность, дети вырастают наиболее приспособленными взрослыми, умеют принимать решения, следовать нормам, и сотрудничать с другими. Попробуем разобраться: можно ли поддерживать дисциплину, сохраняя при этом любовь и уважение к ребенку? 
Правила разумной требовательности к ребенку.
-- Не отменяйте требования и распоряжения без крайней необходимости.
-- Просьбы и распоряжения должны быть сформулированы ясно и четко.
-- Приучайте детей сразу же выполнять порученное задание и слушаться с первого слова.
-- Родителям важно поддерживать авторитет друг друга. Один из родителей не может отменять распоряжений другого, при детях нельзя спорить о необходимости и характере распоряжений. В присутствии детей у родителей вообще не должно быть разногласий, так как это разрушает авторитет обоих. Но если родители все же поссорились в присутствии детей, нужно обязательно помириться тоже в присутствии детей.
-- Не оставляйте без наказания непослушание, усильте наказание при повторном непослушании.
-- Не изменяйте требований, разрешая сегодня то, что было запрещено вчера. То разрешая, то запрещая, взрослые не только лишают ребенка четких ориентиров, но и способствуют развитию таких качеств, как хитрость, изворотливость и упрямство.
-- Не командуйте постоянно детьми и не давайте им слишком частых приказаний, (иначе ваш дом будет похож на казарму).
-- Давайте ребенку посильные задания, не требуя выполнения слишком сложного для него поручения и в то же время, не поручая заданий, справиться с которыми ему будет очень легко. Если задания и поручения взрослых оказываются слишком легкими, то ребенок постепенно приучиться избегать всего, что требует усилий и труда.
-- Не позволяйте детям фамильярного к себе отношения. Любовь и ласка, нежность должны сочетаться с требованием полного к себе уважения. Маленьким детям нельзя позволять трепать вас за волосы или дергать за уши, ударять даже в шутку.
Ребенку необходимо знать, что его родители тоже имеют свои права и что, несмотря на приветливость и ласковое обращение, они умеют проявлять твердость и не позволят ему поступать неразумно и грубить. Ребенок будет сильнее любить таких родителей. Это приучит ребенка уживаться и с другими людьми. Избалованный ребенок не может чувствовать себя счастливым. Оказавшись в коллективе других людей, будь то в два, четыре  или в шесть лет, его ожидает жесткое разочарование. Он обнаружит, что никто не собирается нянчиться с ним. Никто не будет любить такого ребенка за эгоизм. Если родители сумеют укрепить дисциплину и не сойдут с правильного пути, они с удовольствием обнаружат, что ребенок не только начнет себя лучше вести, но и станет  гораздо счастливее.
О НАКАЗАНИИ.
- Наказание не должно вредить здоровью – ни физическому, ни психическому
- Если есть сомнение наказывать или не наказывать, НЕ наказывайте. Даже если уже поняли, что обычно слишком мягки, доверчивы и нерешительны. Никакой “профилактики”, никаких наказаний “на всякий случай.
-- За один раз – одно. Даже если проступков совершено сразу много, наказание может быть суровым, но только одно, за все сразу, а не по одиночке за каждый.
-- Нельзя наказывать за счет любви. Что бы ни случилось, не лишайте ребенка заслуженной похвалы и награды. Никогда не отнимайте подаренного вами или кем бы то ни было.
-- Лучше не наказывать, чем наказывать запоздало. Всякий проступок имеет свой срок давности. Если срок давности вышел, лучше оставить, простить. Запоздалые наказания   не дают ребенку стать другим.
-- Наказан – прощен. Инцидент исчерпан. Страница перевернута. О старых грехах ни слова. Не мешайте начать жизнь с начала.
-- Без унижения. Что бы ни было, наказание не должно восприниматься ребенком как торжество вашей силы над его слабостью, как унижение. Если ребенок считает, что вы не справедливы, наказание подействует только в обратную сторону.
-- Не наказывать трудом. Ни чтением, ни уборкой, ни мытьем посуды и т.п. Такие наказания способны привить отвращение к труду, а в больших дозах – и к жизни.
-- Недопустимо сравнивать ребенка, (его дела и поступки), с кем-то другим, его нельзя никому противопоставлять, такие сравнения являются, с одной стороны, психотравмирующими, а с другой, они формируют негативизм, эгоизм и зависть.
-- В отношении к ребенку недопустимы резкий переход от только положительных оценок к резко отрицательным, от наказующего тона к ласковому задабриванию.
НЕЛЬЗЯ НАКАЗЫВАТЬ И РУГАТЬ:
-- Когда болен, испытывает какие -либо недомогания, или еще не совсем оправился после болезни – психика особо уязвима, реакции непредсказуемы.
-- Когда ест, после сна, перед сном, во время игры, во время работы.
-- Сразу после физической или душевной травмы, (падение, драка, несчастный случай, плохая отметка, любая неудача, пусть даже в этой неудаче виноват он сам), – нужно переждать пока утихнет острая боль.
-- Когда не справляется: со страхом, с невнимательностью, с подвижностью, прилагая при этом искренние старания, кода проявляет неспособность, неловкость, неопытность, – во всех случаях, когда что либо не получается.
-- Когда внутренние мотивы проступка нам непонятны.
-- Когда сами мы не в себе:  устали, огорчены, или раздражены по каким-то своим причинам. В этом случае гнев всегда лжет.
-- Ругая, не переходите на личность. Определять только поступки, только конкретные действия. Не “ты плохой”, а “ты сделал плохо”. Не “ты жестокий”, а “ты поступил жестоко”.
НАКАЗАНИЕ МОЖНО ЗАМЕНИТЬ.
Учитывая психологический риск, связанный с наказанием, справедливо задать вопрос: чем можно заменить его?
· ТЕРПЕНИЕМ. Это самая большая добродетель, какая только может быть у родителей.
· ОБЪЯСНЕНИЕМ. Объясните ребенку, почему его поведение неправильно, но будьте предельно краткими.
· НАГРАДАМИ. На худой конец, они более эффективны, чем наказания. Если вы похвалили ребенка за хорошее поведение вместо того, чтобы считать его обычным, то одно это пробудит в нем желание еще раз услышать от вас похвалу.
Психологические советы родителям
Душевная жизнь человека чрезвычайно сложна, так как психика состоит из двух взаимоопределяющих составных: осознаваемое и неосознаваемое - сознание и подсознание. В неосознаваемой сфере важное значение имеет фиксированное отношение к себе, к другим и к жизни в целом. Определяют это установки и психологическая защита. Родителям особенно важно понять, какую роль в эмоционально-личностном развитии ребенка играют родительские установки. Бесспорно, родители - самые значимые и любимые для ребенка люди. Авторитетих, особенно на ранних этапах психоэмоционального развития, непререкаем и абсолютен. Вера в непогрешимость, правоту и справедливость родителей у детей непоколебима: "Мама сказала...", "Папа велел" и т. д. Взрослые люди, способные осознавать и контролировать, многое "подвергают сомнению", ставя психологические защиты к установкам и требованиям окружающих, руководствуясь собственными желаниями и мотивами. Они не пускают в свое подсознание те установки, которые сознательно им не нужны. ("Курить вредно!" - хочу и курю!). Дети не могут этого делать. Они не в состоянии поставить психологический барьер в отношениях с родителями. Поэтому многое из тех установок, которые они получают от своих родителей, в дальнейшем определяет их поведение, причем стереотипное, одинаковое в сходных жизненных ситуациях. Несомненно, большая часть родительских установок положительна и способствует благоприятному развитию личного пути ребенка. А раз они помогают и не мешают, то и осознавать их необязательно. Это своеобразные инструменты психологической защиты, помогающие ребенку сохранить себя и выжить в окружающем мире. Примером исторически сложившихся и передаваемых из поколения в поколение положительных установок, охраняющих человека, являются пословицы и поговорки, сказки и басни с мудрым адаптационным смыслом, где добро побеждает зло, а мудрость - глупость, где важны стойкость, вера в себя и свои силы. Задумывались ли вы, взрослые, какие установки дали вам ваши родители, не являются ли они внутренними указателями на вашем жизненном пути? Внимательно рассмотрите ссылки: "негативные установки", "позитивные установки" и подумайте, прежде чем что-то категорично заявлять своему ребенку о последствиях, а не ваших ли родителей это установки? Не говорите своему ребенку того, чего бы вы ему на самом деле не желали. 
Негативные установки
"Сильные люди не плачут".
"Думай только о себе, не жалей никого".
"Ты всегда, как твой (я) папа (мама)".
"Дурачок ты мой!"
"Уж лучше б тебя вообще не было на свете!"
"Вот и будешь по жизни мыкаться, как твой папа (мама)...".
"Не будешь слушаться - заболеешь!".
"Яблоко от яблоньки недалеко падает".
"Сколько сил мы тебе отдали, а ты..."
"Не твоего ума дело..."  
"Не ешь много, будешь толстый, никто тебя любить не будет".
"Не верь никому - обманут!.."
"Если ты будешь так поступать, с тобой никто дружить не будет!"
Ты всегда это делаешь хуже других..."
"Ты всегда будешь грязнулей!"
"Женщина глупее мужчины..."
"Ты плохой!"
"Будешь букой - один останешься".
"Все хорошее всегда кончается, нельзя всегда есть конфетки..."
Этот список вы можете продолжить сами, кое-что в нем вы узнали, подумайте, какие установки мешают вам жить и не давайте их своим детям, если не хотите, чтобы что-то из вашей жизни повторялось в ваших детях.
Позитивные установки
"Поплачь - легче будет".
"Сколько отдашь - столько и получишь".
"Какая мама умница! Какой у нас папа молодец! Они самые хорошие!"
"В тебе все прекрасно..."
"Какое счастье, что ты у нас есть!".
"Каждый сам выбирает свой путь".
"Ты всегда будешь здоров!"
"Что посеешь, то и пожнешь".
"Мы любим, понимаем, надеемся на тебя".
"Твое мнение всем интересно".
"Кушай на здоровье!"
"Выбирай себе друзей сам..."
"Как ты относишься к людям, так и они к тебе".
"Как аукнется, так и откликнется".
" Каждый может ошибаться! Попробуй еще!"
"Какой ты чистенький всегда и аккуратный!"
"Чистота - залог здоровья".
"Все зависит от человека..." ,
"Я тебя люблю любого..."
"Люби себя и другие тебя полюбят".
"Все в этой жизни зависит от тебя"

Как часто вы говорите детям...
- Я сейчас занят(а)...
- Посмотри, что ты натворил!
- Это надо делать не так...
- Неправильно!
- Когда же ты научишься?
- Сколько раз я тебе говорила!
- Нет! Я не могу!
- Ты сведешь меня с ума!
- Что бы ты без меня делал!
- Вечно ты во все лезешь!
- Уйди от меня!
- Встань в угол!
Все эти "словечки" крепко зацепляются в подсознании ребенка и потом не удивляйтесь, если  ребенок отдалился от вас, стал скрытен, ленив, недоверчив, не уверен в себе.
Эти слова ласкают душу ребенка
- Ты самый любимый!
- Ты очень многое можешь!
- Спасибо!
- Что бы мы без тебя делали?!
- Иди ко мне!
- Садись с нами!..
- Я помогу тебе...
- Я радуюсь твоим успехам!
- Что бы ни случилось, твой дом - твоя крепость.
- Расскажи мне, что с тобой...
Чувства вины и стыда ни в коей мере не помогут ребенку стать здоровым и счастливым. Не стоит превращать жизнь в уныние, иногда ребенку вовсе не нужна оценка его поведения и поступков, его просто надо успокоить…